Званий гість

Тысяча движений Николая Амосова

"Одиссеей" наших дней можно назвать поразительный феномен жизни и творчества выдающегося хирурга, кибернетика, писателя, академика Николая Михайловича Амосова. Возможно, самое насущное и важное для современников и потомков ¾ его взгляд на здоровье. Сомнительность приоритетов и иллюзии нынешней медицины побудили Николая Михайловича выдвинуть и проверить, прежде всего на себе, собственное кредо сохранения здоровья. Это трогательная и символичная история вечного движения по вертикальной стене. Сегодня Николай Амосов ¾ наш собеседник.

¾ Николай Михайлович, ваша формула утренней физической нагрузки, пожалуй, широко известна. Это ровно тысяча гимнастических упражнений, требующих упорства, методичности и целенаправленности. В чем-то “гимнастику по-амосовски”, да еще с гантелями, можно сравнить с работой до седьмого пота. А когда вы начали, если можно так выразиться, свой околоспортивный путь?

¾ Околоспортивный путь... Удачное определение. Ведь спортом как таковым я, по сути, никогда не занимался. Не плавал разными стилями, не увлекался велосипедом. В отрочестве считался книгочеем. Видел труд мамы, Елизаветы Кирилловны Никаноровой, умелой сельской акушерки ¾ у нее не умерла ни одна роженица. И тогда понял, что такое медицина. Хотя становиться врачом не собирался. Работа на электростанции после окончания техникума была нелегкой. Уставал страшно, было не до физкультуры. В Московский университет меня не приняли, поскольку принадлежал к категории “из служащих”, и недотянул до необходимых для поступления экзаменационных баллов... Потом учился в Архангельском медицинском и одновременно в Московском заочном индустриальном институтах. Как вы понимаете, это были не орехи с медом... Естественно, спортом специально не занимался, но был здоров, молод. Некоторое время проработал хирургом в Череповце, а тут война, передвижной госпиталь. Я ¾ его ведущий хирург... Не приходится объяснять, какая страда выпала. Между прочим, в эти годы меня постиг радикулит, боли были настолько сильными, что при переезде хирурга транспортировали на носилках. Но вскоре все прошло... Думаю, это была первая манифестация остеохондроза. А всерьез позвоночник заявил о себе в 1953 году. Скованность и ограничение подвижности в шейном отделе позвоночника, с вытекающими последствиями, были стойкими и нарастали. Фактически я почувствовал сигнал “SOS”. И это на пике моего хирургического становления в Киеве, в Институте туберкулеза и грудной хирургии, когда я много оперировал на легких и собирался перейти к хирургии сердца... Препятствие физического толка было досадным. Сделали рентгеновские снимки, показавшие, что синдром остеохондроза выражен. Институтский ортопед посоветовал применить грязи, поехать в Цхалтубо. Это пассивное ожидание “у моря погоды”, осознание того, что я теперь ¾ пациент, меня никак не устраивало. И я решил противопоставить беде свои активные методы. Засел за литературу, разработал свой комплекс гимнастических упражнений и начал настойчиво им пользоваться. Так появилась моя тысяча движений, а боли и ограничение подвижности в критическом для хирурга отделе позвоночника постепенно отступили и прекратились. Тогда мне было сорок, и, следовательно, моей основной индивидуальной оздоравливающей программе уже около пятидесяти лет.

¾ В чем же она состоит?

¾ Это разнообразные движения и наклоны, в достаточно быстром ритме, с их повторением и вовлечением в движение суставов, начиная с плечевых и тазобедренных, упражнения для всех отделов позвоночника, с особым вниманием его шейному отделу, движения для ног, приседания. Повороты тела и упражнения для плечевого пояса я всегда сочетаю с гантелями. На все уходит не менее часа в утреннее время. Достигается должная активизация суставов, сухожилий, мышц, системы кровообращения. Постепенно приучился делать упражнения, слушая радио или следя за телевизионным экраном, т.к. в ходе тренировок выработался необходимый автоматизм движений. Хочу подчеркнуть, что определенного строгого стереотипа тут нет, как говорится, кто во что горазд. Основное: систематичность и достаточная интенсивность нагрузки, ее гармоничное распределение, включение в такую программу всех мышечных групп.

¾ Рациональный рецепт, Николай Михайлович! Но вы еще и сторонник бега. Помню одну вашу лекцию, вас тогда спросили в записке:

“Вот вы, профессор, пропагандируете бег, в том числе от инфаркта, а профессор-терапевт Нестеров, также считавший бег чуть ли не панацеей, умер в парке, на ходу...”. И вы вдруг ответили: “Зато как легко он умер...”.

¾ Знаете, я часто начинал день именно с бега. Причем весьма рано, чтобы не “дразнить гусей”, мол, посмотрите ¾ Амосов туда-сюда носится... Ко мне присоединялось несколько таких же любителей, и мы бегали по дорожкам в так называемом садике Чкалова. Это 30-40 минут активного бега. Одновременно получалась прогулка и для нашей любимой собаки Чари. Бег являлся для меня обязательным фрагментом наступающего дня более двадцати пяти лет и многое дал.

¾ Но вы, Николай Михайлович, немало ходили и пешком. Юрий Щербак написал даже стихотворение. Вот идет быстрой походкой по крутому изгибу Протасова Яра человек вверх к институту. Деревья смотрят на него, чтобы рассказать через двести лет, что здесь проходил сам Амосов...

¾ Сентиментально. Но если к делу, то я действительно, много лет подряд, преодолевал этот весьма длинный и крутой подъем пешком, в весьма быстром темпе. Более того, я и из дому, с угла улицы Богдана Хмельницкого и Ивана Франко, через Ботанический сад имени Фомина, чаще предпочитал идти пешком, до самого института, поскольку это неплохая тренировка ума и мышц. Совсем недавно, после весьма длительного перерыва, связанного с операцией на сердце, я этот маршрут возобновил.

¾ Николай Михайлович, когда-то, после долгих часов, проведенных у операционного стола, вы съедали лишь одно яблоко. И только вечером, дома, ужинали, пропустив обед. Можно ли назвать вас аскетом в еде? Придерживаетесь ли вы каких-то диет?

¾ Аскетом в питании, да и вообще аскетом я себя не считаю. Но умеренность в рационе ¾ действительно мой неукоснительный принцип. Стараюсь есть больше овощей, ограничивая себя в мясной и жирной пище. Овощи и фрукты ¾ лучшие поставщики витаминов, микроэлементов, антиоксидантов, пектинов, и этим все сказано. Однако любимых или нелюбимых блюд у меня нет. К голоданию и специальным разгрузочным малокалорийным диетам я лично никогда не прибегал. Это, скорее, методы лечения, чем профилактики. А вот сознательное ограничение в яствах, отказ от переедания как такового ¾ правило, полагаю, полезнейшее. Надо обязательно пользоваться домашними напольными весами. Считаю их инструментом здоровья, и они всегда под рукой. Или, вернее, под ногами. Сейчас мой вес ¾ 52 килограмма. Считаю его достаточно оптимальным, так как разумный дефицит между показателями роста и веса необходим. Но, вы знаете, у каждого своя индивидуальная норма, но уж, конечно, не ожирение и не исхудание. Иногда мой вес был выше этих цифр, но не слишком. Вообще же я убежден: все, что чересчур ¾ против биологической, да и психологической природы человека. Но в целом с возрастом вес уменьшается.

¾ И такой вопрос, интересный, наверное, многим. Ваше отношение к табаку и алкоголю?

¾ Я курил, хотя не очень активно, до 6-7 сигарет в день. Когда начались неполадки со стороны сердца, табак сразу же оставил и навсегда. Не курю уже много лет. Курение, бесспорно, вредно для организма.

А вот со спиртным у меня взаимоотношения, если можно так выразиться, примирительные. Я никогда не был ни выпивохой, ни абстинентом. Выпивал, в принципе, не часто, во время застолий. Во вкус меня в свое время ввел писатель Юрий Дольд-Михайлик, мой пациент, с которым мы были дружны.

Но все проходит. Теперь мои дозы спиртного, разумеется, суперминимальные. Никто не станет отрицать, что алкоголизм ¾ тяжкое зло. Однако разумное, умеренное потребление спиртного, включая и пиво, не каждый день и в малых количествах скорее полезно, чем вредно. Прежде всего потому, что это антистрессовый фактор.

Увы, у нас в стране нередко преобладает просто пьянство... Но эта тема, я думаю, выходит за рамки нашей беседы.

¾ Николай Михайлович, вы упомянули о стрессе. В вашей жизни их, наверное, было множество?

¾ Помните, в восьмидесятые годы звучала бравурная песня с повторяющимся припевом: “Время стрессов и страстей”. Стресс ¾ это и есть страсть, только слишком бурная, с отрицательным знаком. Вся жизнь обычно проходит в стрессах, и нет людей вне таких треволнений. Некоторые считают, что стресс тренирует нервную систему. Сомневаюсь в этом. Просто наш организм как многокомпонентная самоуправляемая система нейтрализует такие влияния.

Мои стрессы, в основном, хирургические ¾ это смерть пациентов. Горестно переживаешь каждый случай. Наверное, в такие дни и ночи меняется и биохимия организма. А самый мой сильный отрицательный стресс ¾ последствия взрыва в барокамере, когда в результате несчастного случая погибли несколько экспериментаторов. Наверное, стрессы надо уметь преодолевать, но однозначных рецептов я здесь пока не дам.

Вредны ли стрессы и в первую очередь, отрицательно-устойчивые? Полагаю, что весьма. Они ведут к нервно-соматическим заболеваниям, катапультируют неврозы, депрессию. Наверное, полезны консультации психолога или невролога, аутогенная тренировка. Однако одно из лучших средств ¾ двигательная нагрузка, переключение на работу. У меня такой ключ, пожалуй, всегда срабатывал. А в наши дни эмоциональной сумятицы, агрессии, хаотичного питания, пресса тревог это, возможно, единственный способ устоять.

¾ Все мы люди... Как вести себя, если появились признаки какого-то заболевания? Нужно ли сразу же обращаться к врачу? Опять-таки, тут, наверное, невозможен универсальный рецепт. Однако, о чем говорит ваш опыт?

¾ Нынешняя диагностика, особенно учитывая наличие компьютерных и ультразвуковых исследований, весьма надежна. И, разумеется, чем раньше установлен диагноз, тем успешнее лечение. Но моя, возможно, интуитивная позиция ¾ не спешить с теми или иными выводами, обождать три недели. Даже если вы врач... Понимаете, организм ¾ самовосстанавливающаяся система, мы до сих пор не знаем досконально его великих резервов. Внутренняя, вполне реальная система защиты справляется со многими сбоями. Панорама самоизлечения чрезвычайно обширна. Вот один из недавних подобных эпизодов, касающийся меня. Зимой началось двоение в глазах с падением нижнего поля зрения. Это, в принципе, патологическое явление, которое может указывать на мозговые изменения, вплоть до опухоли. Понятно, в конце концов я подумал и об этом. Сделали компьютерную томографию, но ничего плохого не выявили. А двоение исчезло само по себе. Никаких лекарств я не принимал. Хотя мог поддаться такому искушению.

Ясно, жизнь не укладывается в трафареты, тем не менее ¾ не игнорируйте, однако и не драматизируйте те или иные неполадки в самочувствии.

¾ Вы упомянули о лекарствах. Что вы принимаете?

¾ Сейчас только 100 мг аспирина в день, поскольку мне сделано аортокоронарное шунтирование. При интенсивных болях в сердце, стенокардии прибегал к нитроглицерину. Вот и все. Хотя нынешние лекарства, бесспорно, хороши и нередко спасительны...

¾ В начале девяностых годов вы, Николай Михайлович, начали и осуществили беспримерный эксперимент. Его можно, наверное, назвать ¾ отодвинуть старость... Вы увеличили гимнастическую нагрузку до трех тысяч упражнений в день...

¾ Оставив хирургию, я понимал: возрастные прогнозы неутешительны. Большинство моих сверстников, даже академиков, сдают в интеллектуальном отношении. Я убежден, что такая интенсивная нагрузка, в принципе, резко сдерживает одряхление, мобилизует в организме многое. Хотя, конечно же, до поры до времени... Активная в физическом отношении жизнь после семидесяти или даже шестидесяти лет ¾ только для относительно здоровых лиц...

¾ Но в эксперимент вмешалась болезнь: вам пришлось прибегнуть к операции на сердце...

¾ Мое сердце достаточно давно на поруках медицины: с 1986 года я пользуюсь кардиостимулятором, регулирующим пульс. Весной девяносто восьмого года начала нарастать стенокардия и явления аортального стеноза. Помимо шунтирования, мне, в клинике профессора Корфера, протезировали аортальный клапан. Прошел год, и ясно ¾ операция оправдала себя. Способствовал ли мой эксперимент тому, что я хорошо перенес ее? Думаю, да.

¾ И последний вопрос в нашей беседе. Сегодня трудно говорить, на фоне кризисной экономики, о всеобщей стратегии здоровья. И все-таки, в чем она, по вашему мнению, должна состоять?

¾ В “прививке” молодым необходимости движения. В свое время я проводил анкетирование на эти темы, привлекая к ним внимание как депутат. Школа и общество остались равнодушными к этим альтернативам валу болезней. Но мне очень хочется, чтобы идея здорового образа жизни была востребована. И прежде всего в Украине. Помните строфу: “Моим стихам, как драгоценным винам, настанет свой черед”. Быть может, когда-нибудь так и будет...

Беседовал

Юрий ВИЛЕНСКИЙ